Лидер российского тенниса Даниил Медведев в четвёртый раз подряд вышел в четвертьфинал Индиан-Уэллса. Наш теннисист уверенно победил американца Алекса Михельсена — 6:2, 6:4. После встречи чемпион US Open — 2021 дал небольшое интервью на корте, в котором поделился мыслями об исходе матча, а затем пришёл на пресс-конференцию, где рассказал другие детали.
Даниил выиграл уже четвёртый матч подряд у Михельсена, не отдав Алексу ни одного сета в них. При этом в беседе с корреспондентом Медведев подбодрил соперника и отвесил ему комплименты. «Он [Алекс Михельсен] отличный боец и выполнял хорошие удары в нужные моменты. Поэтому я рад, что смог добраться до конца, действуя агрессивно. Всегда говорил, что, когда здорово чувствую себя и играю в свой лучший теннис, меня не остановить. Я не оборонительный спортсмен, но, правда, могу быть хорош и в защите. Когда мои удары теряют силу, мне приходится действовать по этой тактике. Однако я доволен тем, как двигаюсь сейчас, как бью по мячу. Снова чувствую, что оказываю давление на всех соперников, с которыми сталкиваюсь, и я надеюсь продолжать в том же духе», — отметил россиянин.
Под конец разговора Медведев высказался об условиях в Индиан-Уэллсе, в очередной раз указав на увеличившуюся скорость корта в этом году. «Я предпочитаю играть здесь ночью, но сегодня это было невозможно. Вообще, я стараюсь изо всех сил в любое время суток и всё равно пытаюсь победить. В целом чувствую, что нашёл ритм на этих кортах. Должен сказать, что в предыдущие сезоны мне они не нравились, однако в этом году покрытие намного быстрее, так что это просто отлично. Ты можешь выиграть очки с подачи, что в предыдущие разы было практически невозможно. Мне это нравится. Конечно, сейчас прошлые выступления не имеют значения, но и тогда я тоже неплохо боролся», — сказал Даниил.
А на пресс-конференции россиянин рассказал о своём стиле игры, тактике в матчах, отношении к мячам на турнире, борьбе с укороченными и мыслях о будущем сопернике.
— Поздравляем с победой, Даниил. Что у вас в матче с Михельсеном так хорошо получалось?
— Я думаю, в целом у меня был отличный уровень. Я оказывал большое давление на его подачу, и даже во втором сете, который был более напряжённым, у меня были геймы, где я мог повести с двумя брейками. В одном моменте, помню, он сделал потрясающий удар с лёта. Но я доволен тем, как играл, как подавал, да и всем, в общем. С нетерпением жду следующих матчей.
— Михельсен, кажется, был в растерянности от вашего стиля игры. Как думаете, почему вы сложный соперник для него?
— Думаю, дело не только в стиле, но и в том, что так получилось, что все три раза, когда встречался с ним, я был в отличной форме. В Галле, где я вышел в финал, в Брисбене, где взял титул, и здесь. Я отлично сейчас провёл три матча в Индиан-Уэллсе. Поэтому, когда я играю отлично, со мной сложно бороться, потому что я могу хорошо подавать, выигрывать очки, когда мне это нужно, а также быть великолепным в защите. Так что это универсальный стиль, который мне, безусловно, нравится, и с этим трудно справляться. Это, наверное, то, что произошло сегодня в матче.
Даниил Медведев
Фото: JOHN G. MABANGLO/EPA/ТАСС
— В матче с Михельсеном была более агрессивная игра?
— Когда я уверен в себе, я агрессивный игрок. Если посмотреть, например, на матчи на ТБШ, где я выходил в финалы, я играл, например, с Рублёвым или Оже-Альяссимом — парни, с которыми нельзя быть более напористыми, чем они сами. Однако я брал больше очков, потому что отлично оборонялся. При этом, когда у меня была возможность, я мог подходить ближе. Так что, конечно, когда действую хуже, то перехожу к защите, но не по собственному желанию. Когда играю не так здорово, моя сила удара, процент подачи и всё остальное немного падают. А когда бью по мячу так, как сейчас, могу быть агрессивным и оказывать большое давление на соперников, при этом ещё и отлично держать оборону. Поэтому против меня сложно играть.
— Вы играете довольно быстро, когда подаёте. Некоторые игроки считают 25-секундный контроль времени сложным и раздражающим. А как вы это воспринимаете?
— Это очень сложный вопрос, потому что контроль времени субъективный. Должно быть какое-то понимание со стороны судьи, даже в отношении меня, подающего очень быстро. Допустим было ралли из 40 ударов, и оно завершилось в угол, я снова пошёл подавать и даже не попросил полотенце, просто пытался вздохнуть, смотрю на время, а там прошло уже пять секунд. И я такой: «Что здесь произошло?»
Тут сейчас отсчёт времени включается очень рано. Но некоторые игроки хитрят — когда остаётся две секунды, говорят типа: «О, у меня сорвался подрбос». Или что-то в этом роде. Это всё очень субъективно. Мне кажется, здесь это всё делается слишком быстро. И если я говорю об этом, то, вероятно, потому, что обычно подаю молниеносно. Когда они делают это автоматически, как в Индиан-Уэллсе, то это достаточно неудобно. Однако если они введут правило, что можно подойти к полотенцу, и только тогда начнётся отсчёт таймера, то некоторые ребята будут тратить 20 секунд только на то, чтобы подойти к нему. Это очень субъективно, и, что бы это ни было, я просто пытаюсь адаптироваться и играть дальше с этим.
— Думаете, некоторые судьи делают это по-разному для других?
— Да. Я думаю, Фергюс Мёрфи давал мне предупреждение о нарушении времени два или три раза в моей жизни, и я всегда сходил с ума. Потому что иногда ты играешь с Рафой [Надалем]. Или Саша [Заверев] и Новак [Джокович] берут какое-то время на подготовку к подаче. И, конечно, ты встречаешься с ними при другом судье. Но я хотел бы увидеть Мёрфи. Я больше не могу встретиться с Рафой, но если бы он ещё играл, то Фергюс дал бы ему 10 предупреждений за затяжку времени, потому что иногда просто нужен здравый смысл. Думаю, также было бы неплохо подсказывать игроку. На смене сторон говорить: «Эй, смотрите, вы были на грани пару раз, в следующий раз я дам предупреждение». Я помню в Вене взбесился и проиграл матч из-за предупреждения о затяжке времени от Мёрфи. На тай-брейке, где как одержимый играл два очка с Корентеном Муте, я даже не взял полотенце, а Фергюс дал мне предупреждение. И я до сих пор это не принимаю! Так что разница есть.
— В вашей карьере было довольно много моментов, ставших вирусными в соцсетях. Есть ли один или два, которые правда кажутся вам смешными?
— В некотором роде все они смешные, потому что такова жизнь. Некоторые из них не делают мне чести, но всё относительно и субъективно. Некоторые люди считают это неуважительным, а другие — смешным. Поэтому вне корта я предпочитаю быть более расслабленным и получать удовольствие от бытия. Когда играю в теннис, это немного другое, ведь я строже к себе. Так что если вы наслаждаетесь жизнью, то многие вещи кажутся смешными, при этом другие их таковыми не находят, потому что меньше радуются.
— Пару раз на этой неделе вы играли на корте №2. На ваш взгляд, в этом году там стало меньше зрителей?
— Да, я буду честен с вами, это потрясающее чувство, когда на стадионе что-то вроде 15 000 зрителей. Но, знаете, мы прошли через «фьючерсы», «челленджеры», юниорские турниры. Некоторые из них были переполнены, а другие — нет. Иногда вы играете на «фьючерсах», где матч смотрят 10 человек. Это нормально. Я стараюсь делать всё возможное, чтобы победить. Иногда бываю суперсосредоточен, поэтому не делаю твинеров и прочего, но иногда у меня бывают забавные розыгрыши. Люди, сколько бы их ни было, наслаждаются зрелищем, если приходят на мои матчи. Я совсем немного видел корт №2. Думаю, что бы ни решили организаторы турнира, это будет здорово. В этом году мне там понравилось.
— Долгое время мячи на турнире предоставлялись компанией Penn, а сейчас — Dunlop. Замечаете разницу?
— Если я правильно понимаю, Penn — это Head, и я ненавижу эти мячи. Понимаю, что некоторым они нравятся. Я просто не люблю их и объяснил это очень хорошо в Роттердаме. Проблема с мячами Penn заключается в том, что, как только вы бьёте ими две минуты или два очка, они перестают быть круглыми. У них есть какие-то формы рядом с линией, по которой части мяча соединяются. Они становятся больше, чем другие. И я чувствую, что, хотя иногда вы бьёте одним и тем же движением, мяч двигается неодинаково. И я ненавижу это, потому что я один раз промахиваюсь, один раз забиваю, однако не могу объяснить, почему произошли эти действия. Dunlop не мой любимый мяч, но я чувствую, что, по крайней мере, он круглый, и, как бы вы ни били, примерно понятно, что произойдёт с этим ударом. Но если вы не бьёте достаточно хорошо, то мяч попадёт в сетку или улетит в аут. Единственный минус Dunlop — они быстро теряют пушистость. Однако я предпочитаю именно их.
— Вы хорошо реагировали на укороченные удары в матче с Михельсеном. А у кого лучший укороченный?
— У Алькараса, конечно, удивительные укороченные. Ещё у Муте. Знаете что? У Корентена другая игра. А для Карлоса это легче в том плане, что он может делать сумасшедшие удары с очень крутым виннерсом, так что, если вы на мгновение приготовились двигаться в одну сторону, он делает укороченный и контратакует вас. Муте играет немного по-другому, но у него тоже потрясающие укороченные, так что я бы выбрал этих двоих. Слушайте, я стараюсь изо всех сил, потому что, опять же, хорошо помню, как Карлос боролся со мной в финале Индиан-Уэллса — он сделал много укороченных и ударов навылет. Однако я сказал себе: «Ладно, хорошо, у него потрясающий укороченный, так что он может это делать». На следующей неделе люди, вероятно, посмотрели этот финал, и все тоже начали делать укороченные, а я в итоге выиграл титул. И я такой: «Окей, продолжайте». В общем, я просто стараюсь изо всех сил. Всякий раз, когда мне нужно сыграть укороченный, я пытаюсь взять это очко. Вот и всё.
— Как вы готовитесь к сопернику, с которым никогда не играли раньше?
— Подготовка одинакова. Когда вы играли с кем-то, у вас есть небольшое представление о его ударах. Потому что тактику вы можете изменить. Вы можете подавать и атаковать или отступать, на приёме идти вперёд или назад. Но удар, который у вас есть, вы действительно не можете изменить. Так что Михельсен не мог сегодня выйти и начать крутить мяч, как, например, Себастьян Баэс, мой предыдущий соперник. Это, наверное, самое большое отличие – когда играете с кем-то впервые, вы не знаете точно его удар, и поэтому иногда требуется немного времени, чтобы адаптироваться к нему. Но в целом ваша подготовка одинакова, потому что на тренировке вы всё равно бьёте по одному и тому же мячу. Вы, конечно, пытаетесь использовать прежде всего свои сильные стороны, а затем смотрите, что будет работать во время матча.
Алекс Михельсен
Фото: Harry How/Getty Images
— В четвертьфинале вы встретитесь с Джеком Дрейпером, который победил Новака Джоковича. Что думаете о них?
— Я тренировался с Новаком здесь. Сказал, когда мы в последний раз с ним играли – это был финал US Open — 2023, что люблю встречаться на корте с ним. У меня было много побед, но и несколько тяжёлых поражений. Мне нравится играть с Новаком, потому что он величайший теннисист всех времён. Он всё ещё борется, хотя ему 38 лет. Может быть, физически он немного хуже, чем на своём пике, однако он всё ещё двигается невероятно хорошо. Он вышел в финал Australian Open, победил Янника [Синнера]. А Джек выиграл титул в Индиан-Уэллсе в прошлом году, а сейчас вернулся после травмы и играл просто отлично! Они очень разные соперники — правша и левша, и они сильно различаются по стилю.
Турнир в Индиан-Уэллсе проходит с 4 по 15 марта. За всеми подробностями следите на «Чемпионате».