Показать ещё Все новости
Рябков: у нас таких переплат, как в футболе, нет
Михаил Сёмин
Комментарии
Директор баскетбольного клуба УГМК рассказал о бюджете команды в условиях кризиса, целесообразности приглашения дорогостоящих легионеров и объяснил плюсы коллективных просмотров матчей.

Директор баскетбольного клуба УГМК, выигравшего в минувшую пятницу Кубок России, Максим Рябков в беседе с главным редактором «Чемпионат.ру» рассказал о том, что бюджет команды, невзирая на финансовый кризис, до конца сезона пересматриваться не будет, признался, что приглашение дорогостоящих легионеров — шаг вполне оправданный, а также объяснил, какие плюсы существуют в коллективных просмотрах матчей сотрудниками таких крупных корпораций, как УГМК.

Нет, у нас такого разброса зарплат, как в футболе, и премиальных нет. Соотношение зарплат разнится, но не так сильно: у нас иностранки получают больше в лучшем случае на несколько десятков процентов.

— Максим, в свете последних событий на мировых финансовых рынках, всех интересует вопрос, как женскому баскетболу в целом, и УГМК в частности, удаётся выживать в условиях кризиса?
— Конечно, идеи salary cap (потолка заработной платы) обсуждаются и на уровне Евролиги, и у нас в России, но, честно говоря, я с трудом представляю, как это практически осуществимо. С другой стороны, когда в Мюнхене состоялось совещание большой баскетбольной восьмёрки в начале нынешнего года, я одному из чиновников ФИБА задал вопрос: «За одинаковые деньги, которые вы хотите ввести для всех клубов, вы лично куда поедете жить и работать – в Валенсию к прославленным пляжам Мальваросы или к „прекрасным пальмам“ Верхней Пышмы?» Он, не задумываясь, ответил: «Конечно, в Валенсию». Ну и о чём можно после этого говорить. В случае работы на Урале даже для россиян предусмотрена 15-процентная надбавка к окладу за сложные условия. А к нам люди приезжают с Мартиники, из Флориды и Калифорнии…

— Получается, российские клубы всё-таки предлагают большие деньги баскетболисткам, чтобы заманить их в Россию?
— Такова реальность. Мы должны компенсировать им те неудобства, которые они будут здесь испытывать. Возьмите хотя бы долгие перелёты, которые им придётся совершать в России, при этом стоит помнить и о том, что УГМК летает намного чаще и дальше московских команд. Так что это вполне закономерно.

— В футболе высокого уровня легионеры получают в два-три раза больше в России, нежели в сильных европейских чемпионатах. А как обстоит дело в баскетболе?
— Нет, у нас такого разброса зарплат и премиальных нет. Соотношение зарплат разнится, но не так сильно: у нас иностранки получают больше в лучшем случае на несколько десятков процентов. Я прекрасно знаю, какое предложение делают по тому или иному интересующему нас игроку элитные европейские клубы, а какое мы. Сейчас, правда, условия контрактов нам исполнять стало тяжелее. Все суммы прописаны в валюте, и за счёт роста валютного курса, нам приходится сейчас гораздо сложнее, нежели тогда, когда мы составляли бюджет на нынешний сезон. Но, учитывая различные бизнес-конъюнктуры, со спортом не связанные, наши учредители пока находят возможности для того, чтобы команда, да и клуб в целом, не ощущали происходящих изменений, чтобы на них это не сказывалось. Пока мы стараемся жить и работать по тем финансовым графикам и сметам, которые были утверждены прошлым летом. А что делать дальше, решим в конце сезона.

— Чем же хороши те иностранные баскетболистки, которые едут в УГМК?
— Мы привозим элитных баскетболисток. Не просто легионеров, лишь бы не россиянки играли, а ведущих баскетболисток мира. Замечу, что наш клуб нынешние ограничения вполне устраивают. Конечно, для прогресса русскоязычных баскетболисток это не самый лучший вариант, но на данный момент существующая система пока оптимальна. Зрители имеют возможность видеть лучших игроков – как легионеров, так и россиянок, которым два места в пятёрке хватает, а клуб имеет отличную возможность при таком балансе достойно представлять страну в континентальных соревнованиях, не забывая в том числе и об интересах сборной.

Мы привозим элитных баскетболисток. Не просто легионеров, лишь бы не россиянки играли, а ведущих баскетболисток мира.

— А как обстоят дела в Европе, кризис больно ударил по клубам? Есть у вас информация о том, что кто-то собирается сниматься с соревнований?
— В Евролиге никто не снимался и не отказывался, за исключением той истории с ЦСКА. В целом, история европейских клубов вне зависимости от кризиса одинакова: средние команды, участвующие в Евролиге, начинают сезон с легионерами, а потом после вылета из турнира распускают их и доигрывают национальный чемпионат оставшимися, по большей части доморощенными баскетболистками. Примеров таких клубов предостаточно: первыми на ум приходят клубы из Словакии, Латвии и Литвы. Те баскетболистки, которые определяли игру команд на групповой стадии Евролиги, уже давно играют в других странах.

— Не секрет, что БК УГМК фактически живёт за счёт своего главного спонсора. А другие источники финансирования у клуба есть?
— Да, действительно, Уральская горно-металлургическая компания (УГМК) является нашим учредителем, и основные финансовые вливания поступают именно от неё. Городские власти нам ничего не выделяют, небольшое финансирование идёт только из бюджета области, но оно находится в рамках бюджетного законодательства России, и этих средств в лучшем случае хватает на содержание и развитие детского спорта.

— То есть, иными словами, БК УГМК пока не испытывает на себе всех «прелестей» кризиса…
— Пока нет. Повторюсь, мы только после окончания сезона будем думать о том, стоит ли сокращать финансирование или нет. Но я думаю, что при том подходе, который существует сейчас, детский спорт точно не будет испытывать проблем. Потому что, если мы сегодня будем экономить на детях, через пару лет, когда кризис кончится, у нас никого не останется. Да и потом, это не такие большие траты, из-за которых стоит отказывать детям в будущем…

Во второй части интервью Максим Рябков рассказывает о пользе отмены лимита на легионеров, перспективе продажи акций клуба, а также о пропаганде холдингом УГМК здорового образа жизни.

Комментарии