Интервью с российской волейболисткой Яной Щербань – игра в Италии, Индонезии и США

Доигровщица сборной России по волейболу Яна Щербань ещё в 2021 году собиралась заканчивать игровую карьеру, однако шанс попробовать свои силы в Италии круто поменял её жизненные планы. За пять последних лет волейболистка сыграла за несколько итальянских клубов, провела сезон в экзотической Индонезии, а сейчас собирается покорить американскую лигу MLV (Major League Volleyball) с командой из Сан-Франциско!

В интервью «Чемпионату» Яна рассказала, как в Италии заново влюбилась в волейбол, об интересных особенностях индонезийского чемпионата, а также объяснила, почему выбрала Америку для продолжения карьеры.

«Важно не сколько ты работаешь, а как»

– Яна, твоя заграничная одиссея продолжается. Хотя в 2021 году в твоих планах было завершение карьеры. Как так получилось, что ты играешь после этого уже пять лет? И почему тогда всё же решилась на переезд в Италию?
– Да, всё так, я планировала заканчивать. Я довольна тем, как складывалась моя карьера в России: это был невероятный опыт, много интересных событий, классных сезонов. Я играла на высоком уровне в лучших клубах страны, стала пятикратной чемпионкой России (четыре раза выиграла с московским «Динамо», один – с «Локомотивом»). Также в составе нашей сборной стала двукратным призёром Гран-при. Однако после такой нагрузки организм дал сбой. Наверное, больше в психологическом плане. Ничего не хотелось, не приносило радость. И вот так в одночасье я решила, что всё – бросаю.

Однако тогда у меня было предложение из Италии, и я подумала: почему бы не попробовать? И, как оказалось, тем самым продлила свою спортивную карьеру. Уже сколько прошло? Пять лет, да? А я всё ещё не могу наиграться, никак не могу закончить (улыбается). Каждый год появляются новые вызовы и новые страны. И, если честно, я очень рада тому, что сейчас происходит в моей жизни.

– Как ты сделала это шаг – от решения завершить карьеру до переезда в Италию?
– Как я уже сказала, у меня накопилась усталость от однообразной рутины. В России очень длинные сезоны, много перелётов, поэтому накапливается усталость – как физическая, так и моральная. У тебя просто не остаётся времени на свою жизнь. Спорт, тренировки, раннее начало сезона. Соответственно, не успеваешь даже выдохнуть. Поэтому я решила дать себе этот шанс и попробовать что-то новое. И не пожалела. В Италии оказался совершенно другой подход к тренировкам, люди с другой ментальностью. Это помогло мне перезарядить батарейки.

– Ты говоришь, что устала в России. Неужели даже победы не приносили радость?
– Ты идёшь к победе весь сезон, а радость – лишь минуты. Получается, ты посвящаешь целый год одному мигу. А если, допустим, проигрываешь в конце сезона? Тогда начинаешь задаваться вопросом: ради чего всё это было? Ты отдаёшь много сил, тратишь энергию, здоровье. А потом всё это в один миг забывается, даже победа. Да, остаются приятные воспоминания, но жизнь складывается также и из множества других вещей.

И я говорю сейчас не про спорт. Многие завершают карьеру, и что остаётся после? Все достижения быстро забываются. Остаются, возможно, только люди, с кем ты пересекался, с кем связаны приятные события в жизни. Да, пока ты молодой, не обращаешь на это особого внимания. Однако со временем начинаешь ценить другие вещи гораздо больше. Для меня победа – это, безусловно, приятно. Но приоритеты уже направлены в другую сторону. Потому что медаль-то есть, а про тебя уже забыли. Жизнь же продолжается, и нужно строить совершенно другие планы с нуля.

– Помнишь, с какими ожиданиями уезжала в свой первый итальянский клуб «Казальмаджоре»? Думала ли тогда, что задержишься в Италии надолго?
– У меня не было абсолютно никаких ожиданий. Видимо, настолько уже всё надоело, что я думала: да пусть будет как будет. В принципе, я и раньше задумывалась о поездке за границу, часто путешествовала. Но хотелось попробовать окунуться именно в волейбольную жизнь. Это была классная возможность попробовать пожить в другой стране, познакомиться с другой культурой, с другим менталитетом. Однако долгоиграющих планов не строила, но, оказывается, жизнь порой преподносит сюрпризы (улыбается).

– В одном из интервью ты сказала, что итальянский чемпионат тебе близок по ментальности. Объясни, что это значит? Там в спорте такой же непринуждённый вайб, как и в повседневной жизни?
– Нет, я бы не так сказала. На тренировках нет такого, что кто-то отдыхает или отлынивает от работы. Там абсолютно все профессионалы, просто относятся к поражениям гораздо проще. После неудачных игр никто не закрывается в себе, все продолжают дальше разговаривать. В России так не принято. В начале моей карьеры было много таких моментов: ты проигрываешь какой-то матч, и возникает ощущение, что на этом заканчивается вся жизнь. Нет! Просто надо сделать правильные выводы и идти дальше, чтобы это не отражалось на общении вне площадки. В Италии очень легко идут восстановление и переключение. В этом есть большой плюс, ты не погружаешься в самокопание и тем самым лучше настраиваешься на следующий матч.

– Это напомнило мне интервью с Анастасией Азановой, в котором она рассказала про турецкий подход. Там тренер запрещал игрокам не улыбаться, даже после допущенной ошибки, чтобы они не закапывались в себя.
– Конечно! В России в этом плане подход немного другой: нельзя радоваться, пока не выиграешь, вся радость потом. Но нет, я с этим полностью не согласна. Конечно, надо настраиваться, быть сконцентрированным и серьёзным в плане игровых моментов, однако и радоваться надо здесь и сейчас.

– Если судить по соцсетям, в Италии у тебя было много активностей – как с командой, так и вне волейбола. Что запомнилось больше всего?
– Ой, сейчас сложно вспомнить, потому что каждый год я проводила в разных командах и в разных частях Италии. Я жила в городе Тренто, который находится недалеко от Австрии. Там фантастическая горная часть. Ещё жила во Флоренции. Это красивейший город мира! Также жила недалеко от Венеции.

Каждый из этих городов мне по-своему запомнился, даже у клубов был разный организационный подход. Однако лучшая организация в итальянском чемпионате, а может, и в мире, была у команды «Савино Дель Бене». В Скандиччи мы абсолютно ни о чём не думали. Конечно, у команды были высокие задачи, но и вся организация, все сотрудники, медицинский штаб – все были нацелены на результат. Это касалось любых мелочей. Ты чувствовал себя комфортно, независимо от того являешься игроком основного состава или нет. Там ко всем было одинаковое отношение и внимание. Предоставлялось любое медицинское лечение, еженедельно приносили свежайшие фрукты и овощи, чтобы мы нормально питались. Любой твой запрос выполнялся.

Даже во время перелётов на игры Лиги чемпионов к тебе мог подойти доктор, сделать массаж для того, чтобы не было никаких проблем с кровообращением. Внимание уделялось каждой детали, поэтому тот сезон был просто сказочным! Мы ещё и еврокубок выиграли. Поскольку времени свободного было много, в некоторые дни у нас было по одной тренировке, мне удалось попутешествовать и многое посмотреть.

– Как ты думаешь, почему итальянские клубы, имея такой лайтовый поход к тренировочному процессу, достигают таких высоких результатов? Итальянский чемпионат считается одним из сильнейших в мировом волейболе, а команды постоянно сражаются за международные трофеи. Как так происходит?
– Важно не сколько ты работаешь, а как ты это делаешь. Там все игроки профессионально подходят к выполнению своей работы. Знают, как и что выполнять. Например, есть такие игроки, как Тин Чжу, Бренда Кастильо – это просто невероятные игроки. Катя Андропова, которая только начинала свой великолепный путь, – тоже! И все они приходили в зал, знали, кому чего не хватает, дополнительно дорабатывали. При этом мы работали в режиме постоянной конкуренции. У нас в команде было 14 взаимозаменяемых игроков высокого уровня. С такой конкуренцией мы и на тренировке получали практически игровой процесс. И, соответственно, не надо перерабатывать. Ты просто выполняешь свой объём работы, который даёт результат.

«Жизнь повернулась в лучшую сторону»

– В Италии ты не только вновь влюбилась в волейбол, но и познакомилась со своим будущим мужем. Как темпераментному итальянцу удалось покорить русскую девушку?
– Я тогда играла в Тренто, а он там был на каникулах, путешествовал в горах. И так получилось, что звёзды сошлись (улыбается). Да и настроение в Италии другое, поэтому как-то так жизнь повернулась в лучшую сторону.

– Как муж вообще относится к тому, что жена – спортсменка и всё время в разъездах?
– Сейчас как раз мой жизненный выбор идёт в другую сторону. Я больше нацелена на семью, поэтому в последние годы, как видишь, выбираю чемпионаты, которые длятся всего три-четыре месяца. Когда играла в Италии, естественно, мы часто были рядом. А Индонезия и Америка – это короткие чемпионаты, и, соответственно, остаётся время на личную жизнь.

– Если сезон продолжается всего три-четыре месяца, то остальные восемь ты чем ты занимаешься?
– У меня есть свои проекты. Я прекрасно понимаю, что волейбольная карьера не длится долго. Пройдёт ещё сезон или два, и нужно будет уже уходить в другое направление. Поэтому давно занимаюсь другими проектами – плюс семья. Сейчас, например, летний сезон, и нужно встретиться со многими друзьями, вырастить гортензии на даче, заняться есть чем (смеётся).

Когда будет сезон, всё время будет посвящено спорту. А пока готовлюсь к нему: играю в пляжный волейбол, обязательно хожу в тренажёрный зал три-четыре раза в неделю. Не было такого, что я захожу в сезон неготовой, даже несмотря на длительную паузу. Плюс параллельно я прошу агента найти для меня какие-то варианты, возможно, азиатские, на более короткий срок. Такие как Филиппины, Вьетнам. Если сложится, то будет здорово.

– Ты упомянула про свои проекты. Связаны ли они как-то со спортом?
– В подробности вдаваться пока не хочу, всему своё время. Скажу только, что они связаны больше не со спортом, а с недвижимостью. Но я открыта к любым предложения и возможностям. Мне интересно пробовать что-нибудь новое.

– Так повелось, что Италия ассоциируется в первую очередь с пастой и пиццей, но я знаю, что ты предпочитаешь стейки. Удалось попробовать фирменный флорентийский стейк – визитную карточку тосканской кухни?
– Да. Но там нужно знать определённые места, куда идти. В идеале – познакомиться с итальянцами и ходить не по туристическим местам, потому что там тебе могут подсунуть «подошву». Но открою секрет: мой муж работал шеф-поваром в Лондоне, и теперь мне не надо ничего искать, потому что он умеет готовить всё! Он даже нашу селёдку под шубой научился готовить (улыбается). Поэтому в нашей семье я не готовлю, сняла с себя все полномочия. Вот такой приятный бонус. Поэтому и за флорентийскими стейками мне не надо никуда ехать. Они теперь у меня дома (улыбается).

«В Индонезии ты должен тащить всю команду»

– После непринуждённой атмосферы Италии ты приняла неожиданное решение отправиться в Индонезию. Если итальянский чемпионат у всех на слуху, то индонезийский – экзотика. Почему выбрала его?
– У меня не совсем удачно складывался сезон в 2024 году. Мне было некомфортно в последнем итальянском клубе. А в течение сезона поступило предложение из Индонезии: два-три месяца игр, хорошие условия. Хотя до этого предложения ничего не слышала об этом чемпионате, если честно.

– Что скажешь об уровне чемпионата Индонезии на фоне российского и итальянского? Есть в нём какая-нибудь особенность?
– В Индонезии профессиональный волейбол отсутствует как понятие. Как бы правильно сказать… Например, там нет культуры питания спортсменов. Наше руководство постоянно переживало, чтобы мы хорошо поели перед матчем. Но для них «хорошо поесть» – это KFC или «Бургер Кинг». Могли принести в автобус и огромные куски пиццы. И это всё было перед игрой! Если бы я что-то подобное съела, то не смогла бы даже дышать, не то что двигаться на матче. Однако для них это норма, как и тренировки во время Рамадана. Игроки в течение дня могли ничего не есть и не пить. Из-за этого мы поздно начинали тренироваться – в шесть вечера. Потом у нас была пауза на перекус, после чего тренировочный процесс продолжался. Для меня это было непривычно.

Также во многих залах организация была на низком уровне: очень жарко, нет воды в раздевалках, грязь. Однако все эти недостатки перекрывала любовь болельщиков, особенно к иностранным звёздам, которые приезжали повысить уровень волейбола. Да, я получила колоссальный опыт в этой стране, эмоции от этого только положительные. К тому же чемпионат короткий, в регулярном сезоне всего 12 игр. Матчей мало, но каждый из них был на выживание, а с легионера всегда двойной спрос и нагрузка. Например, если в Италии все примерно равны и нагрузка распределяется более-менее равномерно между всеми, то в Индонезии ты лидер и должен тащить всю команду.

– Как тебе вообще индонезийский колорит?
– Мой муж тогда поехал со мной. У нас были игры каждые три недели, после чего нам давали обязательную паузу. Во время неё клуб организовывал какие-нибудь интересные поездки. Благодаря этому мы объездили все местные острова. Наша команда базировалась в Джакарте, а это центр, и там просто какой-то сумасшедший ритм жизни, огромное количество людей, мотоциклов. Однако каждые три-четыре недели благодаря клубу нам удавалось сменить обстановку, посмотреть острова Индонезии, а заодно и перезагрузиться. Такие поездки приветствуется клубом. Ну просто идеальный чемпионат!

– Были какие-то интересные командные традиции? Например, в Италии, как ты говорила, у вас всегда были командные ужины.
– Да, в Индонезии мы всегда пели караоке в автобусе – неважно, до матча это было или после. Потому что у них всегда весёлое настроение. Они не понимали и даже переживали, когда видели, что я какая-то хмурая или уставшая. Даже если тебе перед игрой нужно побыть в тишине и настроиться – у них совершенно другой подход: надо веселиться, радоваться.

– Если грустно, то тебе сразу передают микрофон?
– Да-да! Именно так (смеётся).

– Пробовала что-нибудь из традиционной кухни?
– Нам клуб организовал праздничный вечер, на котором должны были быть шедевры индонезийской кухни. Мы подходим к столам, а там…

– Звучит уже устрашающе.
– Да! Там были шпажки с пересушенными куриными головами, кишечник какого-то непонятного животного и змейки на гриле. Я оказалась не готова к таким экспериментам и вежливо отказалась от этих деликатесов.

– Неужели ничего не опробовала?
– Нет, я ещё жить хочу (улыбается).

– В команде были проблемы с коммуникацией? Знаю, что в азиатских странах мало кто говорит на английском.
– Да, к сожалению. Но зато абсолютно все были приветливыми. Меня называли «мами Яна». Возможно, из-за моего возраста, я была самая возрастная в команде, а ещё пыталась всем помочь, поддержать. В команде было очень много девочек, которые только-только начинали свой карьеру. Поэтому там я была таким спортивным долгожителем (улыбается). В Индонезии обычно в 27-28 лет они уже заканчивают карьеру, переходят на работу в офис.

– Я заметила, ты раньше очень активно вела соцсети. А вот начиная с Индонезии интенсивность снизилась. С чем это связано?
– Я в целом потеряла интерес к соцсетям. Ничего не хочу публиковать. У меня сейчас есть свой мир, и мне этого достаточно.

– Даже несмотря на то что спорт сейчас очень медийный?
– Я готова к каким-то интересным предложениям и сотрудничествам. Например, раньше у меня даже был контракт с adidas. Мне нравилась вся эта активность и публичность. Однако здесь важно разделять: моя личной жизнь и то, как я провожу свободное время – это я хочу оставить при себе. А если рассматривать медийность как участие в каком-то проекте, то я с удовольствием. Мне даже поступало предложение из проекта «Титаны» в прошлом году. Но, к сожалению, мне нужно было ещё доигрывать в Индонезии. А так, кто знает, может быть, сейчас бы и согласилась.

«В Америке будет другой подход к волейболу»

– Яна, давай теперь поговорим про твою следующую остановку в большом путешествии – Соединённые Штаты. Как поступило предложение? Долго ли ты над ним думала, учитывая непростую ситуацию в мире?
– Об этом я стараюсь вообще не думать. Стараюсь просто строить свою жизнь при всех этих проблемах нынешнего мира. Тут раздумья были больше насчёт моей физической формы. В том смысле, что я каждый год думаю: «Ну всё, наверное, уже хватит, наигралась. Пора бы заняться своими проектами». И как только думаю, что всерьёз пора заканчивать, то поступает предложение. Из Америки их было сразу два: Лас-Вегас и Сан-Франциско.

Опять же, если не брать волейбольную составляющую, то мы смотрим мир. Поэтому пользуемся всеми возможностями, что нам предоставляет жизнь. В Азии мы уже пожили, поняли, что нравится, что не нравится. Сейчас следующий этап – Америка. Так что мой выбор – это не только волейбол. Соответственно, долго об этом не думала. Я была абсолютно счастлива, что появилась такая возможность. Знаешь, у меня даже была мечта – учиться в каком-нибудь американском колледже. Такая, я бы даже сказала, немного навязанная картинками из фильмов, мечта. Поэтому всегда хотелось пожить там, а раз подвернулся такой шанс, то почему бы и нет?

– Почему из двух вариантов ты выбрала Сан-Франциско?
– Потому что Лас-Вегас может очень дорого обойтись. В Сан-Франциско более комфортные условия для жизни. Лас-Вегас же это только казино, рестораны и Диснейленд для взрослых, а вокруг пустыня. Плюс жизнь стоит гораздо дороже. Я была и там, и там. И Сан-Франциско мне больше по сердцу.

– Как с визой дела? Потому что прошлом сезоне в Америку должна была отправиться Анастасия Бавыкина, но возникли сложности с визой.
– Для меня это пока тоже открытый вопрос. Да, сейчас клуб занимается всем этим, и, надеюсь, в скором времени всё сложится. Я доверяю судьбе. Если судьба, значит, всё сложится. Если нет, то будет другая дорога.

– Какие ожидания от поездки в США?
– Только позитивные. Что бы ни случилось, я буду воспринимать это как новый опыт и новые впечатления. Уже знаю, что будет немного другой подход к волейболу. Многие подруги, кто там играл, говорят, что у них мало времени уделяется тренажёрному залу. Для меня же это фундаментально. Мне важно, чтобы мышцы были всегда в тонусе. В этом плане нужно будет искать компромисс. А вообще, я не строю никаких иллюзий. Просто буду радоваться и воспринимать всё с позитивом.

– Ты же в Индонезии играла с американкой Джордан Томпсон. Спрашивала у неё про американский чемпионат?
– Да, я говорила с Джордан об этом. Она рассказывала, что для американок очень важно, чтобы они могли играть у себя дома. Потому что американцы очень привязаны к дому. И даже если есть минусы в их родном чемпионате, то они полностью перекрываются связью с близкими. Вообще, я общалась со многими. Формат также разъездной, где-то 20 игр в регулярном сезоне и финальная часть. Чемпионат короче, чем наш российский. У них сезон начинается в январе, а уже в апреле-мае всё заканчивается.

– Не думала ли над тем, чтобы вернуться в Россию? Тем более с России недавно сняли международный бан.
– Никогда не говори никогда. В том году у меня даже было хорошее предложение из топового российского клуба. Но приоритеты сейчас другие. Посмотрим. Я не говорю нет, однако на данный момент не рассматриваю.

– А как игрок сборной как восприняла новость о возвращении России на международную арену?
– Я безумно рада! Мне очень жаль, что до этого на виду были только девчонки, которые играют в заграничных клубах: Таня Толок, Арина Федоровцева, Марина Маркова. Это шикарные игроки! Они на виду, о них слышат. А вот те девчонки, которые играют в России, к сожалению, уже забываются. Иностранки не знают других наших игроков, не знакомы с уровнем чемпионата и не смотрят наши игры. То есть абсолютно потеряли интерес. К сожалению, таковы реалии.

Поэтому я жду не дождусь, когда уже наши девчонки смогут наконец-то выступить на международном уровне. Потому что спортивная карьера длится недолго, а эти эмоции и впечатления незабываемы. Так что желаю нашим спортсменам как можно скорее вернуться на мировую арену.